Как и кого готовят в школе горных гидов

из интервью для портала "Спорт-Марафон"

— Как вообще, складывается гидовское сообщество — начинающих работать в горах учат или среди гидов есть жестокая конкуренция, которую новичку нужно выдержать?

— В России последние несколько лет, слава Богу, на гидов учат. Появилась собственная школа гидов. Исторически, в Советском Союзе, существовала система — Международных Альпинистских Лагерей — МАЛ Памир, МАЛ Тянь-Шань, на Кавказе было два бюджетных альпинистских лагеря. Туда отбирали людей с высокой спортивной квалификацией, плюс надо было какую-то проверку в КГБ пройти, конечно — но это было очень престижно! Там и обучение было, и возможность заработка хорошего. Я застал ещё людей старой школы советского альпинизма, таких как Анатолий Иванович Мошников4, которые работали в этой системе и, конечно, тогда все придерживались того принципа, что ниже КМС-а гидом быть невозможно. Сейчас на территории СНГ работают две школы горных гидов, одна на территории Киргизии — европейский вариант обучения. И на Кавказе.

— Преподаватели там разные или одни и те же?

— Нет, совершенно разные. Давай я расскажу подробнее. Киргизия в своё время получила грант от компании Mammut и швейцарского правительства, на развитие туризма. Страна это небогатая, и 70% её территории занимают горы, богатейшие возможности для альпинизма, пешеходного туризма и всякого аутдора. Плюс 90% туристов на её территории — это иностранцы, и это тоже было одной из причин, почему выбрали Киргизию, а не другие страны. Партнёрами школы являются Британская ассоциация горных гидов и Швейцарская ассоциация горных гидов, поэтому школа организована по типу европейских гидовских школ. Там учат только на полного гида.

— То есть, нет отдельно лыжного гида и гида по альпинизму?

— Нет, ты проходишь разные модули, в том числе и лыжный модуль, но сдаёшь экзамены только на полного гида.

— Именно поэтому ты поехал проходить модуль по лавинной безопасности в Российскую школу гидов?

— Надо понимать, что всё изменяется, появляются новые данные, новые методы, гид должен поддерживать своё образование! В Европе, в правилах ассоциации горных гидов есть пункт: гид должен проходить переподготовку каждые пять лет хотя бы в течение пяти дней. Ну вот, как раз за год до этого я закончил Киргизскую школу горных гидов, представилась возможность поучаствовать в занятиях лавинного модуля в Российской школе, и я ей воспользовался.

— В Киргизии такого модуля не было?

— Там всё построено немного по-другому, есть разные занятия, разные темы, в том числе и по лавинной безопасности. Используются немного другие методы, но результат всё равно есть.

— Говорят, у альпинистов, в отличие от лыжников, лавинная грамотность хромает?

— Нет, это не совсем так. Ну, просто надо понимать, что массовый зимний альпинизм стал активно развиваться последние 10-15 лет, до этого просто не позволяли технические возможности, снаряжения нужного не было. Теперь появилась инфраструктура и снаряжение стало более совершенным, появилась возможность ездить. Так вот — для горнолыжника лавины — основная опасность, а для альпиниста — одна из многих вероятных. Плюс — лавины неочевидны, по статистике, они не являются основной причиной гибели людей, есть факторы, обеспечивающие гораздо больше несчастных случаев, те же камнепады. Но то, что альпинисты постоянно гибнут в лавинах — это миф.

— Вот, молодой альпинист, сдавший на кандидата в мастера спорта, хочет стать гидом. Что ему нужно делать, какие шаги можно предпринять?

— Учиться! Никто не водит машину, прежде чем пойдёт в автошколу получать права… Да, у нас много людей, работающих на Эльбрусе очень давно и знающих регион очень хорошо, но есть такая пословица: «Старого пса не научишь новым фокусам». Если российское гидовское сообщество принимает правила IFMGA и решает вступить в эту семью, то мы должны принять их стандарт. Да, у него есть плюсы и минусы, но всегда лучше, если человек сначала получает теоретическую и практическую базу, а уже на эту базу накладывает свой жизненный опыт. Потому что переучиваться всегда сложнее, чем учиться с чистого листа.

Да, на пространстве СНГ много лет гиды были, а школы гидов не было. Но надо понимать, что гидами люди тоже не начинали работать ни с того, ни с сего. Повторюсь, были международные альпинистские лагеря, где люди работали с иностранцами. И базовые принципы перенимали у иностранных гидов. Это было неправильно с точки зрения советского спортивного альпинизма, но долгое время работа гида — это была исключительно работа с группами из других стран. Сейчас ситуация меняется, российских групп всё больше и больше, люди понимают, что за качественный сервис, которым является работа гида, нужно платить деньги и на рынке есть гиды, которые могут делать свою работу качественно.

— Что изменилось в твоей работе и в жизни после сертификации? Твой авторитет в гидовском сообществе повысился?

— Главное, что я получил эти знания. Потом, перенимаешь стиль работы гидов, смотришь, как работают люди, которые приехали нас учить: Адольф Шлунегер из Швейцарии и Терри Райт из Британии. В любую погоду люди вставали в 7 утра и работали до позднего вечера, потому что это их работа. И вот это меня больше всего поразило, это был момент понимания того, как надо относиться к своей работе. И ещё одно — в школе гидов я научился получать удовольствие от восхождения по простым маршрутам. Раньше мне казалось, что вот, закрыл разряд, сходил как инструктор, как старший на стенке с друзьями какие-то несложные маршруты, но после этого ты уже на тройки-четвёрки не ходишь, стремишься только на пятёрки-шестёрки. А сейчас я понял, что, если делаешь это быстро, интересно, то получаешь ничуть не меньше удовольствия от красивого, нового прохождения несложного маршрута, двойки, тройки. Вот это было неожиданно и ново!

— Когда разговариваешь с ребятами, закончившими Российскую школу горных гидов, они говорят, что выбрали именно канадских преподавателей, т.к. в Европе нет практики многодневных восхождения: Альпы очень обжитые горы, нет практики многодневных восхождений, на каждом шагу приюты, лоджи, гиды работают в стиле Fast&Lite, что малоприменимо в наших реалиях. Была ли у вас практика многодневных восхождений?

— У нас все низкие модули проходили в Ала-Арче, т.е. мы поднимались на три с половиной тысячи метров, там жили и там же ходили. Но всё равно, надо понимать, что любой, не только европейский, гайдинг — это на 90% практика быстрых восхождений. Как у нас большинство гидов работает на Эльбрусе, так и в Европе половина гидов работает на Монблане и в его окрестностях. Хотя в Европе технический гайдинг развит на порядок больше, чем у нас. У нас ситуацию, когда клиент решил сходить двойку или тройку на пик МНР (3 830 м), или другую подобную вершину, очень тяжело представить. А в Европе это обычное дело. Я сейчас ходил с группой на Маттерхорн и перед этим мы ходили Зуб Гиганта (4 810 м), под ним есть приют, так там было битком народа! На маршрут с пятым лазанием пришло больше 10 двоек. И это был будний день! Там есть маршрут, с оборудованием для спуска, станциями, канатами… Просто у них эта практика существует уже больше ста лет, а у нас только начинает развиваться.

В Российской школе есть много сильных лыжников, которые физически не смогут выполнить нормативы, нужные для того, чтобы стать горным гидом. А поскольку школа горных гидов Кыргызстана появилась раньше, большинство гидов-альпинистов ушло именно туда. Денис Савельев, Иван Мошников… Плюс, в киргизской школе было бюджетнее учиться, многие поехали туда. В Российской школе изначально был допущен ряд проблем, которые не позволили множеству спортивных альпинистов поехать туда учиться. Это политика тех, кто организовывал её, сейчас они поняли, что решение было неправильным и ситуация меняется, сегодня уже всё нормально, школа развивается очень динамично.

— А возможно сдать один модуль в российской школе, а другой в киргизской, есть такая практика?

— В принципе, это возможно, да. Сейчас, например, Витя Афанасьев, который в киргизской школе доучился до гида-аспиранта, потом по семейным причинам перестал учиться, затем взял бумагу, что прошёл определённые модули, и ещё один модуль прошёл в российской школе. То есть, взаимодействие существует, это же единый стандарт. Как Сорбонна и Кембридж, можно спорить, что лучше, но образование и там, и там отличное, где-то сильнее одна кафедра, где-то другая. Так и тут. Исторически сложилось, что в российской школе сильных лыжников больше, а в киргизской — сильных альпинистов. Там учились тот же Витя Афанасьев5, Дима Павленко6, у нас на потоке было два Снежных Барса7, киргизы — у них же там у всех по десять семитысячников, тот же Семён Дворниченко, чемпион по скоростным восхождениям… А все, кто приехал из России, были уровнем не ниже КМС-а. Среда формирует сознание! В Киргизии было проще альпинистов научить базовым лыжным навыкам, перепад на скитуре в 1 500 м для них не представляет сложности.

Вообще, как ты считаешь, нужна сегодня обязательная сертификация горных гидов или хотя бы сдача каких-то экзаменов? Не секрет, что проблема неквалифицированных гидов сейчас стоит очень остро…

К сожалению, сертифицированных гидов в России сегодня не больше 10 человек. Единственный, кто сдал на полного гида в Российской школе, сдал один человек — Сергей Фурсов. Девять человек сертифицировались в киргизской. Это капля в море!

При той системе работы, которая выстроилась на Эльбрусе, на одного гида приходится очень большое количество клиентов. Нередкая ситуация — когда у гида выше седла находится шесть и больше человек вне зоны видимости. Ряд несчастных случаев, которые происходили на Эльбрусе, никак не связаны с квалификацией гида. Просто компания, которая будет брать гида на 2-3 человека, она не выживёт на рынке! Цена будет очень высокой.

В идеале, мы должны прийти к той же системе, что в Европе. Во Франции, Италии, Швейцарии невозможно представить, что человек, несертифицированный гид, работает в горах и водит людей. Да, работают несертифицированные гиды из России, Украины, но они работают нелегально. Для местных работает горная жандармерия.

У нас сегодня сделать обязательной сертификацию для работающих гидов пока нереально. Надо понимать, что обучение достаточно дорого и занимает 4-5 лет. И сертифицированный специалист должен стоить дороже, но никто этого не понимает, потому что при хорошей погоде и неквалифицированный гид может довести группу до вершины Эльбруса, это технически несложно. Всё меняется, когда портится погода, случаются какие-то неожиданности. Тем не менее, у нас основная зона коммерческого гайдинга — это Эльбрус.

В Киргизии та же ситуация. Пик Ленина и Хан-Тенгри — основные зоны гайдинга.

— Ты работаешь только в определённых регионах, которые хорошо знаешь, или бывает такое, что вместе с группой видишь эти горы первый раз?

— Есть определённые принципы. Если едешь в незнакомый район, то ты сначала собираешь информацию о регионе. Потом едешь на место, изучаешь горы на месте. И только после этого видишь группу, её физическую и психологическую готовность, и принимаешь решение — можем мы взойти или не можем. То есть теоретически, если ты обучился профессионально водить автомобиль, ты можешь сесть и за руль Газели, и за руль Мерседеса. Так же здесь: набор навыков, который у тебя есть, позволяет тебе принимать решения практически в любом регионе. Но, безусловно, лучше, когда гид регион хорошо знает. Тот же самый Хан-Тенгри, где я работал гидом — туда я впервые съездил с друзьями, а уж потом повёл группу.

Европейский гайдинг — очень местечковый. Многие гиды не были даже на Эльбрусе. Они живут в своём ущелье, где есть три горы. Они ходил на каждую из них по двести раз, знает, где там каждый камень лежит, который может упасть. Но вопрос в том — насколько это интересно? Для меня работа гида — это работа для души. Я абсолютно социализированный человек, у меня семья, ипотека, маленький бизнес, всё как у всех. Но сейчас я хочу целиком перейти на работу гида, потому что мне это нравится, у меня получается, ты помогаешь людям воплотить свои мечты. Недавно у меня был дедушка из Италии, 76 лет — и он сходил траверс Эльбруса, с Юга на Север. Я сам был поражён! Считал, что людям старше 70 сделать это практически невозможно. А он смог. Потом, была японка, 19 лет, реальная дочь самурая, из древнего самурайского рода, ей оставалось пройти Эльбрус и Эверест до выполнения программы «Семь Вершин». Зачастую приезжают люди, очень сильно эмоционально заряженные, и это здорово!

Разработка сайтов - Working-GroupШаблоны сайтов

Grigory Kochetkov © 2021